Цикличная экономика в Российской Федерации

3 Цикличная экономика в Российской Федерации

Александр Александрович Старцев, доктор философии (PhD), профессор Международного университета фундаментального обучения, Оксфордская образовательная сеть, директор Международного центра содействия реализации программ и проектов ЮНИДО Санкт-Петербургского государственного технологического института (Технический университет), президент Северо-Западного международного центра чистых производств, международный эксперт ЮНИДО

Основой для развития цикличной экономики является Стратегия экологической безопасности Российской Федерации на период до 2025 года (Указ Президента РФ от 19.04.2017 № 176).

Стратегией экологической безопасности РФ ставятся задачи, в числе которых:

• эффективное использование природных ресурсов;
• повышение уровня утилизации отходов производства и потребления;
• развитие системы эффективного обращения с отходами производства и потребления;
• создание индустрии утилизации, в том числе повторного применения таких отходов;
• стимулирование внедрения наилучших доступных технологий и ряд других задач.

Стратегия содержит описание экологической ситуации в стране, приводятся статистические показатели по отходам, качеству воды, воздуха и почвы, дается оценка существования реальной угрозы экологической безопасности России.

В качестве возможной перспективы развития цикличной экономики указывается, что в результате прошлой хозяйственной и иной деятельности в России:

• накоплено свыше 30 млрд т отходов производства и потребления;
• ежегодно образуется примерно 7,22 млрд т отходов производства и потребления;
• отходы 3–5-го классов опасности составляют около 415 млн т;
• из них примерно 70 млн т составляют твердые коммунальные отходы;
• растет количество отходов, которые не вовлекаются во вторичный хозяйственный оборот, а размещаются на свалках и полигонах.

Весь этот негатив приводит к выводу из оборота продуктивных сельскохозяйственных земель, химическому загрязнению почвы, грунтовых вод и воздуха (особенно когда свалки с отходами горят).

Сейчас в России действует более 80 мусороперерабатывающих заводов, однако загруженность их составляет всего 30–40 % из-за отсутствия сырья. Уровень переработки отходов в среднем составляет 5–7 %, что абсолютно неприемлемо. На изменение такого положения направлен национальный проект «Экология», стартовавший в России в 2019 г.

В рамках этого проекта до 2024 г. в стране планируется построить 200 мусороперерабатывающих заводов, и при этом необходима организация раздельного сбора мусора, который будет являться сырьем для этих заводов.

В 2020 г. планы уже скорректированы. В рамках проекта «мусорной реформы» планируется построить или реконструировать 868 «мусорных» объектов, 700 из них – новые. Среди этих объектов будут:

• 148 предприятий по сжиганию мусора общей мощностью 4,3 млн т в год (стоимость их инфраструктуры – не менее 101 млрд руб. (1,3 млрд евро));
• построен или модернизирован 351 полигон (затраты – минимум 115 млрд руб. (1,5 млрд евро));
• созданы 355 сортировочных станций (затраты – 201 млрд руб. (2,7 млрд евро));
• 25 мусоросжигательных заводов, которые построит альянс госкорпораций – «Ростех», «Росатом» и ВЭБ.РФ – за 600 млрд руб. (8 млрд евро).

Российское законодательство в основном направлено на размещение отходов, а именно на хранение и захоронение, или содержит самые общие положения по их утилизации и переработке.

Модель экономики замкнутого цикла применительно к утилизации отходов определяется следующим образом:

• использование отходов для производства товаров (продукции);
• выполнение работ, оказание услуг, включая повторное применение отходов по прямому назначению (рециклинг);
• возврат отходов в производственный цикл после соответствующей подготовки (регенерация);
• извлечение из отходов полезных компонентов для их повторного применения (рекуперация).

Таким образом, переход к цикличной экономике в России в основном связывается с утилизацией отходов, поскольку за последние 30 лет тема утилизации мусора превратилась в архиважную и крайне болезненную проблему, особенно крупных городов.

Использование иных бизнес-моделей цикличной экономики наблюдается в значительно меньшей степени. Эти бизнес-модели ориентированы на подражание европейским компаниям.

Так, в нашей стране активно используются онлайн-сервисы Blablacar, «Делимобиль».

Компания IKEA, торговые центры которой размещены в крупных городах России, принимает старую мебель, текстиль (полотенца, постельное белье и халаты) и детские пеленальные столики и кроватки, утилизирует их и дает новую жизнь вещам.

Новую жизнь старым вещам также дает компания H&M.

Далее представлены три примера подхода к цикличной экономике, разработанные российскими специалистами.

Первый пример. В Санкт-Петербурге в 2011 г. (при низких тарифах – невыгодных условиях) объединением «Автопарк Спецтранс № 1» впервые в стране построен и введен в действие автоматизированный мусоросортировочный комплекс (АМСК), работающий на принципах ресурсосбережения. Производительность АМСК – 100 тыс. т отходов в год. Новый комплекс позволил посредством механической обработки ТКО обогащать основные сырьевые потоки. Далее были организованы производственные участки для утилизации этих сырьевых потоков, и впервые в России получены несколько видов альтернативного топлива (RDF), техногенных грунтов, вторичного сырья и товарной продукции. Это стало первым в России опытом поставки RDF на цементные заводы. Затем совместно с промышленным партнером из Петербурга была построена новейшая котельная, использующая «зеленое» топливо.

Данный полезный опыт в 2020 г. получил цифровое развитие также в Петербурге на новой производственной площадке. Впервые в российской практике компанией «Автопарк Спецтранс № 1» реализована технология роботизированной сортировки отходов производительностью 150 тыс. т в год. Осенью 2020 г. на юге города, в промышленной зоне Обухово, начала действовать производственная линия, управляемая искусственным интеллектом. Помимо сортировки бытовых отходов, налажено производство альтернативного топлива из отходов. Глубина переработки составляет 70–75 %.

Альтернативное топливо RDF будет использоваться для замещения природного газа или угля на цементных заводах и ТЭЦ. Помимо этого, построена система упаковки инертных остатков сортировки (они составляют не более 30 %) в специальную пленку для безопасного размещения. В таких брикетах не содержится ни метана, ни фильтрата.

В 2021–2022 гг. планируется увеличить мощности комплекса (до 300 тыс. т), построить и ввести в эксплуатацию цеха глубокой переработки пластика и стекла, а также нарастить производства топливной фракции RDF (отработанное топливо) и SRF (твердое восстановленное топливо).

Второй пример. Всем, кто представляет себе процесс опреснения морской и подземных вод, хорошо известно о тяжело решаемой проблеме утилизации соли как опасного отхода, который образуется в больших количествах.

В Петербурге специалистами компании «ТВЭЛЛ», руководствуясь принципами цикличной экономики, разработана и запатентована (март 2008 г.) рецептура сверхпрочного композиционного бетона. Рабочее название композита – магнезиально-минерально-солевая композиция (ММСК). Технология является не только эффективным способом утилизации солевых отходов, но и отличным строительным материалом. Супербетон на основе ММСК не боится морской воды и может применяться при строительстве морских, портовых сооружений, намывных территорий. Кроме того, в матрицу из ММСК можно «упаковывать» и безопасно хранить высокотоксичные химические и даже низкоактивные жидкие радиоактивные отходы. Соответствующие испытания проведены.

Третий пример. Российским академиком разработана уникальная технология производства теплообменников Polarsol. Технология является экологически чистым и экономически целесообразным решением для целей рекуперации тепла. Универсальная технология Polarsol позволяет использовать одновременно тепловую энергию солнца, тепловую энергию воздуха, воды и земли, а также сточных вод (низкопотенциальное тепло).

Polarsol позволяет легко конвертировать тепловую энергию в холод (актуально для жарких регионов и летних месяцев в северном полушарии планеты), замыкая циркуляцию тепла/холода в производственных и жилых помещениях. Это самый дешевый kW·h тепла/холода в мире: при затратах 1 кВт электрической энергии на выходе получается порядка 5–6 кВт тепла/холода. В России по этой технологии строится производство в г. Липецке.

Надо отметить, что все эти три примера появились, к сожалению, не благодаря институциональной поддержке, а вопреки существующим условиям.

Переходу к цикличной экономике в России мешают существующие барьеры. Можно выделить три группы таких барьеров.

Первая группа: институциональные барьеры

• Некомфортная кредитно-денежная и налоговая политика.
• Национальная валюта (рубль) не является инвестиционной.
• Иностранные инвестиции недоступны, в том числе из-за режима санкций.
• Созданные институты развития (различные фонды, агентства и корпорации с государственным участием) неэффективно работают на задачи цикличной экономики.
• Доходы бюджета на фоне пандемии COVID-19 падают (план на 2021 г. – 18,8 трлн руб., или 209 млрд евро; это меньше, чем в Бельгии – 236 млрд евро).
• Валовой внутренний продукт (ВВП) – не тот показатель, который нужен для динамичного развития цикличной экономики. В его структуре заложено стремление к неограниченному росту, а не экологически устойчивому развитию и ограничениям согласно трем аксиомам «зеленой» экономики.

Вторая группа: естественно-научные барьеры

• Основное белое пятно в современной науке – вопросы о том, как устроены не нарушенные человеком экосистемы – леса, болота, тундра, океаны, как жизнь в них не прерывалась, а окружающая среда была пригодной для жизни в течение сотен миллионов лет.
• Естественно-научные основы устойчивости жизни в биосфере не являются руководством к действию для политиков и хозяйственников (очевиден провал решений всех международных саммитов ООН по окружающей среде и устойчивому развитию: Рио-1992, Йоханнесбург-2002, Рио+20).
• Нарушенный цивилизацией баланс между техносферой и биосферой (наблюдаемые признаки изменения климата – аномальные погодные явления, наводнения, засухи, лесные пожары, ураганы, участившиеся за последние годы) не может быть исправлен только путем реализации целей Парижского соглашения по климату.
• Со времени принятия в 2001 г. международной Стокгольмской конвенции о стойких органических загрязнителях (POPs) ситуация с химической нагрузкой на окружающую среду многократно ухудшилась (в мире уже синтезировано более 160 млн только одних наименований химических веществ и соединений, использование которых ведет к широкомасштабному разрушению гомеостаза биологических видов, то есть необратимым процессам, подрывающим устойчивость многообразия жизни).
• Отсутствие адекватных индикаторов экологически устойчивого развития, в том числе комплексных, подобных «индексу благополучия» (для сохранения в достаточных объемах дикой природы и организации нормальной жизнедеятельности человека в условиях городской среды).
• Фундаментальные открытия в глобальной экологии: «Теория биотической регуляции окружающей среды и климата» (1995 г.) и «Теория лесного биотического насоса атмосферной влаги с океана на сушу» (2005 г.), сделанные петербургскими учеными (В. Г. Горшков и А. М. Макарьева), незаслуженно воспринимаются мировой наукой как противоречащие устоявшемуся мейнстриму.

Третья группа: мировоззренческие и психологические барьеры

• Природа есть мера всех вещей, а не человек, как принято в трактовке антропоцентризма – доминанты суперидеологии модернизма.
• Законы функционирования биосферы первичны, и игнорировать их при составлении планов развития регионов, стран и на глобальном уровне невозможно.
• Научно-технический прогресс (НТП) неприемлем для достижения устойчивости жизни (в природе и космосе прогресса не существует, а есть цикличность процессов). То, что мы называем НТП, ограничено пределами допустимой хозяйственной емкости биосферы, следовательно, нельзя давать волю и средства для реализации каких угодно технических идей, которые приходят в голову креативщикам.
• Цель деятельности хозяйствующих субъектов ради максимального извлечения прибыли (устойчивого роста любой ценой, даже если «после нас – хоть потоп») ошибочна. Вместо этого должна быть установка на создание необходимого и достаточного общественного продукта с минимальной антропогенной нагрузкой на окружающую среду.
• Индивидуализм, конкуренция, разобщенность и выдавливание друг друга с рынка товаров и услуг – плохая мотивация для развития цикличной экономики. Вместо этого нужны: междисциплинарная кооперация, сотрудничество, совместные научные и опытно-конструкторские работы, артельное хозяйствование (ответственность каждого за общее дело и равенство участия без уравниловки в доходах).

Таким образом, в условиях начавшегося обрушения старого мирового порядка, нарастающего системного кризиса индустриального общества, которое достигло своих «пределов роста», транзита человечества в информационное общество сложившиеся в прошедшем десятилетии принципы цикличной экономики должны измениться.

Не получится обойтись только быстрой и фундаментальной трансформацией систем производства и потребления. Проблема гораздо серьезнее. Речь идет о выживании цивилизации в XXI веке. И ключевой вопрос, на который нужно ответить: как правильно определить климатическую повестку?

В ходе пленарной сессии XVII ежегодного заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай» (22.10.2020) глава российского государства весьма образно заявил: «Эта проблема требует реальных действий и гораздо большего внимания. Она уже давно перестала быть сферой отвлеченных научных интересов и затрагивает практически каждого жителя Земли. ...Не хотим же мы, чтобы климат на Земле приблизился к условиям Венеры с ее безжизненной, выжженной поверхностью? Напомню, у нас, на Земле, где-то 14 градусов по Цельсию, на Венере – 462 градуса по Цельсию».

Вспомним три важнейших аксиомы теории «зеленой» экономики:

• 1) все протекающие в биосфере естественные процессы, обеспечивающие устойчивость жизни, взаимосвязаны, и любое антропогенное вмешательство человека в природу нарушает эти процессы (баланс между техносферой и биосферой);
• 2) невозможно бесконечно расширять сферу антропогенного влияния человека в ограниченном жизненном пространстве биосферы;
• 3) невозможно требовать удовлетворения бесконечно растущих потребностей людей в условиях ограниченности ресурсов биосферы.

Главное здесь – в следующем: первозданная природа – высший по отношению к человеку субъект права. Сложность механизма биотической регуляции окружающей среды и климата на много порядков превосходит сложность современной цивилизации.

Приоритеты для цикличной экономики в условиях изменения климата

1. Комплексный подход к решению проблем смягчения последствий и адаптации к изменению климата. Это не только меры борьбы с антропогенными выбросами углекислого газа, но также восстановление и охрана природных экосистем (прежде всего аборигенных лесов с их биоразнообразием). Дальнейшее разрушение дикой природы может быстро привести к климатическому коллапсу независимо от сжигания ископаемого топлива.
2. Построение системы обеспечения химической безопасности ввиду запредельной химической нагрузки на окружающую среду и население, которая приводит к разрушению гомеостаза биологических видов, негативно влияющему на поддержание условий устойчивости жизни.
3. Ликвидация последствий ранее причиненного природе экологического ущерба (леса, почва, водно-болотные угодья, реки, озера, моря, океаны). Сохранение в экологической повестке мер по борьбе с химическим загрязнением как важной составной части природоохранной политики.

Предлагаемые практические действия:

а) выделить и законодательно установить новую категорию лесов – климато- и водорегуляторные леса (ненарушенные и мало нарушенные хозяйственной деятельностью лесные территории, выполняющие климато- и водорегуляторную функцию), к которым неприменимо понятие возобновляемого ресурса. (Потребуется, по крайней мере, лет 200, чтобы на месте вырубленного или сгоревшего естественного леса вырос такой же, с возрождением присущего ему биоразнообразия и функционального механизма поддержания устойчивости жизни);

б) разработать стратегию развития лесопромышленного комплекса с учетом принципиального различия между климатозащитными лесами, которые подлежат исключительно охране и мониторингу и полностью изымаются из любой хозяйственной деятельности, и эксплуатационными лесами как возобновляемым ресурсом;

в) применять инструменты цикличной экономики в лесной и деревообрабатывающей промышленности исключительно в эксплуатационных лесах (уже нарушенных хозяйственной деятельностью и интенсивно создаваемых лесных плантациях). Создать технологии искусственного и комбинированного выращивания лесных плантаций (по примеру Швеции и Финляндии) для извлечения максимальной экономической отдачи. В том числе за счет ведения интенсивного лесного хозяйства на основе новейших биотехнологий;

г) широкое использование в цикличной экономике природоподобных технологий. При этом акцент должен делаться на оценке стабилизирующего потенциала и сохранении естественных экосистем. Важно сохранить соответствующий объем таких экосистем, чтобы их мощности хватало для поддержания окружающей среды в пригодном состоянии для жизни вообще и человека в частности;

д) совместное использование в механизме цикличной экономики не подпадающих под санкции «зеленых» финансов («зеленых» облигаций, «зеленой» криптовалюты, «зеленых» кредитов и счетов), включая размещение «зеленых» облигаций на финансовых рынках ЕС и ЕАЭС.

Выводы

Россию с ее сохранившимися естественными экосистемами, без преувеличения, следует считать экологическим донором и гарантом климатической устойчивости на территории всей Евразии как 1/6 части суши. Россия – научный лидер в области исследований устойчивости окружающей среды (родина концепций биотической регуляции окружающей среды и климата и лесного биотического насоса атмосферной влаги).

Евразийский бореальный лесной пояс (более 7 тыс. км – от Скандинавии до Камчатки) не признает государственных границ и работает (затягивает с океана на сушу атмосферную пресную воду), поддерживая многообразие жизни на территории Западной Европы, Центральной Азии и Китая в той же степени, что и России.

В этой связи представляется важным именно вместе с Россией развернуть углубленное международное сотрудничество по линии стратегического мультидисциплинарного анализа взаимодействия биосферы и техносферы, исследования механизмов поддержания устойчивости бореальных лесов.

Накопленные за 30 лет в России научные данные свидетельствуют: природная среда, особенно первозданные (климаторегуляторные) леса с их экосистемами – уникальный естественный механизм обеспечения цивилизации пресной водой и поддержания жизни на суше, – потеряла свою устойчивость и стремительно разрушается.

Необходимо восстановление нарушенного баланса между техносферой и биосферой, тогда в образовавшемся «зеленом» коридоре наша цивилизация сможет развиваться неограниченно долго, используя «чистые» технологии и совершенствуя принципы цикличной экономики.